Архив 18 Июль 2006

Тупиковая дама

p-8-1.jpgТакое и нарочно не придумае?ь — творческая личность, можно сказать, художник особых форм и жанров, живет в Художественном тупике. ?менно в нем в поселке Голицыно мы обнаружили дачу Терезы Дуровой, худрука Московского театра клоунады. Как складывается дачная жизнь самого очаровательного представителя знаменитой артистической династии, выяснили репортеры “МК”.
Земляничная стихия
     Встречает нас хозяйка с редким именем Тереза и ко?ка с распространенной кликухой Маня. Маня оказалась собакой в ко?ачьем обличье. Но об этой животной метаморфозе — даль?е. Пока же — легкий променад по участку: дом красного кирпича и елки, елки, елки. Никаких грядок, цветников, розариев и оранжерей.
     — Нет, мы не по этой части, — смеется Тереза.
     — Ну а как же клубничка с грядки?
     — Есть место, пойдемте покажу. — ? приводит нас на маленькую земляничную поляну размером два на полтора по соседству с мангалом. На мангале — никакого тебе ?а?лыка, зато земляники — завались. — Я утром тихо выползаю сюда, сажусь и ем.
     — Значит, что-то все-таки разводили?
     — Нет, она сама завелась, поверьте.
     Мы позволили себе не поверить, но Дурова рассказывает, что, когда 10 лет назад семейство заселилось на голицынских землях, рабочие из леса приволокли бревно. Очевидно, эта оглобля и положила начало земляничной стихии.
     Тихо здесь, красиво и покойно.
     — Жалко только, что, когда срубили елки, у?ли белки, — говорит Тереза и закуривает. — Между прочим, первая сигарета за сегодня?ний день.
     Так мы ее и фотографируем — сме?ную, очаровательную женщину в белых брюках и с сигаретой на зеленом газоне. ?нтересно, что по этому поводу сказал бы “Гринпис”? Загадили окружающую среду, сказал бы. Отравили мерзким табаком всю атмосферу и подвели бы факты под теоретическую базу.
     — Ой, какие красивые лилии, — говорю я, присмотрев справа у забора парочку разноцветных лилий — белую и цвета радомин — в… неболь?ом водоемчике, подернутом ряской.
     Тереза говорит, что поначалу здесь жили четыре черепахи, но сбежали — остались только лягу?ки. Черепахи были явно не Тортилы — мудрые земноводные от таких хозяев по доброй воле не уходят. То ли дело ко?ка Маня, ходит за нами, как собака, — хвостиком. Кстати о хвостике — его-то почти нет.
     — Дело в том, — объясняет Тереза, — что прибилась она к нам без хвоста. Злые люди отрубили и еще, бедняжку, подстрелили. Потому что под горлом, вот здесь, смотри, ветеринар у нее обнаружил дробь. Но вытаскивать не стал, побоялся, сказал, что раз столько лет с ней прожила, пусть так и остается.
Заточка чисто мужская
     Чем даль?е мы продвигаемся по владениям семейства Дуровых, тем боль?е интересных вещей открывается — хоть передачу “Удивительное рядом” снимай. Оказывается, что в этом загородном доме у каждого — своя заточка. В смысле, каждый на чем-то сдвинут и имеет свою страсти?ку в виде коллекции.
     Коллекция №1 — чисто мужская, винная. Принадлежит мужу Терезы — Сергею Абрамову. Самого спеца по вину на даче не оказалось, но поверим хозяйке на слово, что коллекция супруга укомплектована редкими экземплярами. Но это еще не все.
     Коллекция №2 — тоже мужская: велосипеды. Всевозможные модели двух- и трехколесных средств передвижения выстроились на стеллажах. Особенно впечатляют меня красные моноциклы, на коих бары?ни начала про?лого века совер?али неторопливые прогулки по Елисейским Полям, постреливая глазками.
     Коллекция №3 — тоже принадлежит мужчине, но очень неожиданная. Это коллекция стульев.
     — Пьеса такая есть у ?онеску — “Стулья”. А при чем тут стулья? — спра?иваю от неожиданности увиденного.
     — Все началось с того, что кто-то нам подарил модель стула. А еще рань?е Сережа собирал старые карты Москвы, старые телефонные справочники. Потом вот стулья. Это очень интересная вещь — как мебель путе?ествует и меняется во времени.
     Можно посчитать эту мебельную фабрику, выстроив?уюся под великами, но неохота. Стулья красные, желтые, металлические, венские, раскорячив?иеся и с гнутыми спинками — стой и любуйся. Но еще есть коллекция и женская. Но об этом — даль?е.
Полведра водки для слона
     — А кто в том домике живет? — показываю я в окно на деревянную избу?ку в глубине участка у забора.
     — Это мамин домик, — говорит Тереза. — Мама попросила построить ей именно деревянный.
     Оттого, что у матери и дочери одно имя — Тереза, — всегда возникает путаница.
     — Мама приехала, обрадовалась домику, сразу стала что-то ?ить, убираться, а к вечеру собралась уезжать. “Куда ты?” — спра?иваю ее. “А я все сделала, привет”, — сказала мама и укатила. Вообще она редко здесь бывает.
     Здесь следует сделать неболь?ое отступление и рассказать о Терезе Дуровой-стар?ей. Если учесть, что рост Терезы Дуровой — 1 метр 53 сантиметра, а размер ноги — 34-й, то, когда представляе?ь себе эту дюймовочку рядом со слонищем, испытывае?ь смятение чувств — от растерянности и ужаса до немого восторга.
     — А можно один вопрос про слонов? Это правда, что, когда слонов зимой отправляют на гастроли, на них надевают ?апочки? А ?апочки, извини, пуховые?
     — Ага, а еще пальто и сапоги — сме?но. На самом деле, это не пух, а очень толстый войлок. ? скорее не ?апочки, а капоры, чтобы у?и были закрыты. Ведь кончики у?ей и самый кончик хобота — это самые чувствительные места, их легко отморозить. А по у?ам можно считать радость, болезнь, уныние, любовь, гнев. Слоны, надо сказать, могут принять любое наказание, когда они понимают его справедливость. Несправедливо наказанный слон — это стра?но, может убить.
     — А правда ли, что они самые боль?ие алкоголики среди животных?
     — Обезьяну легко можно сделать алкоголичкой, ло?адь — да кого угодно. ?з моего опыта могу сказать — слоны хоро?о пьют. Например, чтобы перевезти слона зимой, ему на ведро ме?ают полведра водки и полведра горячего чая. Но подсаживают их на алкоголь люди. Я рассказывала, как отправляли на гастроли рабочего Владимира Григорьевича Дурова? Он ухаживал за слонихой Реди и кирял с ней постоянно — пил и ей подливал. Редька безумно его любила. Он мог прийти в лоскуты, лечь у нее в ногах спать, и она не ложилась — стояла над ним, никого не подпускала, пока он не проснется. ? вот на гастроли в Лондон его не взяли: ну пьет человек. ? он, не особо расстраиваясь, погрузил слониху в вагон, а в Лондоне она без него из вагона не вы?ла. Так и при?лось его отправлять в Лондон самолетом.
     Но возвращаемся в дом, где на столе самое оно — холодный свекольник.
     — Если бы я не работала в театре, я бы сидела дома и ждала гостей, — говорит Тереза. — Это у меня от армянских родственников. (Отец Терезы Дуровой — Ганнибал Наджаров. — М.Р.). Я бы готовила, ждала бы гостей. Дом был бы открыт, я очень люблю, когда много народу вокруг и все говорят. Я ведь и в своем кабинете в театре, когда ко мне приходит кто-то, начинаю кофе носить, чай — в общем, ублажаю людей.
Заточка чисто женская
     — Но пока Тереза Дурова не стала домохозяйкой, то как она рассматривает этот дом — место для отдыха, вдохновения?
     — Это гнездо. Особенно люблю бывать здесь зимой. ? люблю расчищать дорожки от снега. Я вообще люблю физическую работу — это такой кайф.
     Я не стала поддерживать разговор о радостях физического труда худрука Театра клоунады, потому что ее “заточка” в этом доме, пожалуй, самая интересная и боль?ая. Она собирает клоунов. Они стоят повсюду — в стеклянных стеллажах, на полках, столиках… Боль?ие и маленькие, фарфоровые, из папье-ма?е, из металла… Сегодня коллекция насчитывает 400 клоунов. Они “живут” в квартире, на даче, в цирке. Между ними не простые отно?ения.
     — С чего началась твоя коллекция?
     — Вообще-то рань?е я собирала слонов. Но однажды мы за?ли в антикварный магазинчик в Боткинском проезде, и там я увидела… Знае?ь, это совер?енно невероятная вещь, которая мне попалась в жизни: стоял такой фарфоровый нелепый человек и держал в руках розочки. Наверное, на свидание собирался. Но весь его облик — лицо, у?и, куцый костюмчик — говорил так много. Я даже не помню, сколько он стоил, может, долларов двести, но не купить его было нельзя.
     Мы сидим в окружении очень сме?ных клоунов — вот летит грудастая тетка с пухлыми накра?енными губами и в кудельках. Другая — как балеринка, согнула ногу в черном кружевном чулке. Старый клоун с зонтиком понимающе смотрит на нас: мол, сожрут сейчас все, ду?у вывернут и уедут. Толстый мальчик в костюме Арлекина завис над таким же толстым папа?ей… Лица как живые, у каждого — свой характер.
     — Откуда эти сокровища?
     — Во-первых, покупаем везде, где бываем. Во-вторых, заказываем в галерее у Мызиной. Я не делаю специального заказа (такой-то характер, костюм и т.д.), художники сами все придумывают и настолько здорово, что я это могу использовать в своих спектаклях. Как правило, они сами дают имена клоунам. Этого, например, Тарасика мы очень любим.
     А теперь внимание!!! В этом доме даже у ко?ки Мани есть собственная коллекция. Оказывается, ко?ка Дуровой собирает медвежат. Все началось с медвежонка компании “Эр-Франс”, которого привезли в подарок бесхвостой ко?ке в качестве игру?ки. А она его подгребла под себя, так и спала с ним в обнимку. Теперь на диване у Мани десятка два всевозможных авиамедвежат, к компании которых в последнее время присоединились сородичи уже поболь?е размером и в платьях пороско?нее.
     — Скажи, Тереза, а кто твой любимый клоун?
     — Есть такой — Грок, весь мир его знает как просто Грока. Его портрет висит у меня в кабинете. Это был уникальный клоун — и театральный и цирковой одновременно. Он не делал грубых реприз, не работал на уровне гениталий. Помню его потрясающую репризу: выходит на сцену, в руках смычок и скрипка. Подбрасывает смычок — не ловит, поднимает, снова бросает и снова не ловит… Так раз пять. Уходит за ?ирму, и мы видим, как смычок легко летает над ней и не падает. Выходит снова к публике — опять мимо. Уходит за ?ирму — о’кей. Так продолжается довольно долго, и, когда публика уже доходит, он наконец ловит смычок и начинает играть. Но как!!! Виртуозно, как первоклассный скрипач. Вот такой кайф он умел делать.
      Ну а мы, словив свой кайф от первоклассного летнего свекольника, случив?егося в 30-градусную жару, и вида экстравагантных вещиц из коллекций семейства Дуровых и Абрамовых, с чистым сердцем покидаем этот Художественный тупик. Со своими художественными заточками и заморочками.

Марина РАЙК?НА
Автор фото: Кирилл ?СКОЛЬДСК?Й

?сточник: Московский Комсомолец

 

18 Июль 2006

Дальневосточных котов в цирк не берут

217370.jpgМалы?ам уже боль?е месяца, однако только сейчас в зоопарке ре?ились рассказать о пополнении в семье дальневосточных лесных котов. Детены?и (два мальчика и девочка) чувствуют себя нормально, у них вполне хоро?ий аппетит, потому уже через три-четыре месяца их передадут в другие зоопарки.

- У всех дальневосточных котов очень суровый нрав, – говорит Татьяна ГОЛУБ?НЦЕВА, ведущий зоолог зоопарка. – Это они с виду такие умильные и похожи на на?их дома?них ко?ек, на самом деле они дикие и очень агрессивны. Приручить этих животных практически невозможно, потому их даже в цирк не берут.

Родителей малы?ей зовут Кай и Кэти, они прибыли в Ростов ?есть лет назад из Елизова. Глава семейства особенно не проявляет отеческих чувств, забота о детях полностью легла на его подружку. Сами котята очень редко выходят в вольер, предпочитая прятаться в домике, потому немногим посетителям зоопарка удалось увидеть малы?ню.

В 70 – 80-х годах 20 века дальневосточные котята считались боль?ой редкостью и были занесены в Красную книгу. Рождение детены?а в неволе считалось сенсацией. В те времена коты почему-то стали активно размножаться именно в на?ем зоопарке.

Благодаря усилиям зоологов, численность дальневосточных лесных котов была увеличена, и теперь во многих зоопарках уже есть эти животные. Хотя и сейчас рождение котят считается боль?ой удачей.

?рина ПОТЕРЯ
Фото Анастасии МАТВЕЕВОЙ

?сточник: КП – Ростов-на-Дону

18 Июль 2006


Календарь

Июль 2006
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июн   Авг »
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  

Публикации по месяцам

Публикации по рубрикам


Реклама